Регистрация / Войти
Электронная торговая площадка
На главную Карта сайта Написать письмо
АО "Дальневосточная энергетическая управляющая компания"

Новости компании

13.10.17

Станции АО «ДВЭУК» снизили выработку электроэнергии и увеличили отпуск тепла за 9 месяцев 2017 года

09.10.17

АО «ДВЭУК» в штатном режиме подготовилось к прохождению ОЗП

27.09.17

Энергообъекты о. Русский готовы к отопительному сезону

07.09.17

Делегация АО «ДВЭУК» посетила пленарное заседание ВЭФ-2017

Новости

Дмитрий Селютин: «Энергетическую инфраструктуру для проектов будет создавать сам бизнес»

22 декабря 2016

Гендиректор ДВЭУК Дмитрий Селютин о предстоящей стройке и отстройке дальневосточной энергосистемы

В будущем году энергетике Дальнего Востока предстоит «переварить» целый ряд законодательных новшеств и инвестиционных проектов, задел которым был дан в 2016-м. Как полагает генеральный директор ДВЭУК Дмитрий Селютин, чтобы вылечить «хронические болезни» дальневосточной энергетики, необходима не только политическая воля чиновников, но и правовые механизмы регулирования взаимной ответственности энергокомпаний, потребителей и федеральных органов власти.

«Договорные отношения с КРДВ позволят нам взять на себя функции заказчика-застройщика по обустройству ТОР»

— Дмитрий Эдуардович, в уходящем году ДВЭУК неоднократно выступала ньюсмейкером в связи с реализующимися на Дальнем Востоке крупными проектами в энергетике. Что вы сами назвали бы главными событиями для компании за этот период?

— Я выделил бы несколько задач, которые компания успешно решила в 2016 году. Первая — это тарифное урегулирование, связанное с эксплуатацией крупнейшей дальневосточной ЛЭП, «Чернышевский—Мирный—Ленск—Пеледуй». В июне нам удалось решить крайне непростую и крайне значимую для компании проблему тарифного регулирования. Уже введенный, построенный объект достаточно долгое время не был тарифицирован в силу серьезных разногласий между Республикой Саха (Якутия) и федеральными органами власти по вопросу отнесения данного проекта к Единой национальной электрической сети России. Пока принято промежуточное решение о том, что наша ЛЭП, которая по законодательству может и должна быть отнесена к ЕНЭС, все-таки оставлена в «котловом» тарифе Якутии.

Решение это имеет двойственный характер: это очень хорошо для владельца сетей, то есть для нас, поскольку мы получили реальный денежный поток для формирования амортизационного фонда, для инвестиционных планов компании, для обеспечения полноценного текущего функционирования линии, — это плюс. Но другая сторона медали состоит в том, что это решение обрекло потребителей Западного энергорайона Республики Саха (Якутия) на региональный тариф, который по определению более высокий по сравнению с тарифом, который был бы введен в случае отнесения данной линии к ЕНЭС.

Второе значимое событие — это завершение строительно-монтажных работ по линии «Оротукан—Палатка—Центральная» и постановка данной линии под охранное напряжение в декабре текущего года.

Третье — разработка нами проектной документации по линии «Усть-Омчуг—Омчак», прохождение государственное экспертизы, получение положительного заключения и продажа данной проектной документации компании «Полюс Золото», которая будет являться заказчиком этого проекта.

Четвертое — это то, что на Восточном экономическом форуме мы реанимировали проект «Сунтар—Нюрба» в Якутии, благодаря и позиции правительства Якутии, и тем договоренностям, которые достигнуты с группой «АЛРОСА» по вопросу внешнего энергоснабжения объектов Накынского месторождения Нюрбинского ГОКа. И теперь этот проект помимо социальной нагрузки, которая состоит в замещении изношенной и аварийной ЛЭП, приобретает не менее очевидный экономический смысл. Думаю, что в 2016 году создан тот задел, который позволит решить вопрос о целесообразности строительства ЛЭП уже в ближайшее время. Мы намерены при участии Корпорации по развитию Республики Саха (Якутия) переработать проектную документацию, найти новые технические решения для этой линии, которую планировалось построить ранее, но теперь уже с учетом перспективных нагрузок потребителя в лице «АЛРОСА».

Другой немаловажный момент, который я тоже бы выделил в качестве итога 2016 года, — это расширение нашего взаимодействия с Корпорацией по развитию Дальнего Востока. Рассчитываю, что в ближайшее время мы вступим в договорные отношения с данной структурой. Это позволит нам взять на себя функции заказчика-застройщика по обустройству внешнего энергоснабжения некоторых территорий опережающего развития.

— Осенью получено положительное заключение госэкспертизы на реконструкцию энергетической инфраструктуры, обеспечивающей функционирование нефтепровода «Восточная Сибирь—Тихий океан» (ВСТО) в Якутии. Каков объем задач в регионе, когда стартуют строительно-монтажные работы?

— Сейчас проводятся конкурсные процедуры по выбору подрядчиков на проведение строительно-монтажных работ. Согласно заявкам потребителя, в 2017 году мы должны реконструировать три наших подстанции, общая стоимость работ с учетом затрат на проектирование составит 765 млн рублей. Кроме ВСТО в зону нашей ответственности в Западном энергорайоне Якутии попадает и «Сила Сибири», так как ДВЭУК владеет в регионе очень большим электросетевым комплексом, состоящим из магистральных ЛЭП общей протяженностью 1,8 тыс. км.

До конца текущего года планируем заключить с дочкой «Газпрома» договоры на технологическое присоединение компрессорных станций «Салдыкельская» и «Олекминская». Госкомцен Республики Саха (Якутия) уже утвердил плату за техприсоединение двух объектов газопровода, общий объем финансирования составит 2,7 млрд рублей.

Параллельно с «Газпромом» обсуждаются детали проекта внешнего энергоснабжения Якутского центра газодобычи — Чаяндинского нефтегазоконденсатного месторождения. Речь идет о строительстве линейной части и подстанции в счет платы за техприсоединение по индивидуальному проекту. Пока не разработана проектная документация, я не могу назвать сроки реализации и точную стоимость проекта, но по предварительным расчетам общий объем финансирования может составить 5-6 млрд рублей.

Недавно на площадке «Газпрома» у нас состоялась встреча с участием «Роснано», посвященная выработке комплексного технологического решения в части реализации проектов ДВЭУК для «Силы Сибири». Мы говорили о возможности внедрения инновации — поликомпозитных опор ЛЭП. По совокупной стоимости владения они превосходят все другие типы опор. Дадим задание проектировщикам, чтобы рассмотреть возможность их применения. Попробуем реализовать два пилотных проекта в условиях Якутии.

«Ситуацию с отсутствием правовых механизмов взаимной ответственности в энергетике выговорами, посадками, расстрелами и четвертованием не поправить»

— Давайте вернемся к ЛЭП «Оротукан—Палатка—Центральная». 16 ноября вице-премьер Юрий Трутнев провел в Магадане совещание, по итогам которого объявил выговор замминистра энергетики РФ: объект сдан, но заморожен, потому что до сих пор не присоединен. Получается, ДВЭУК свою часть работы сделала, а «Магаданэнерго» — нет, польза нулевая?

— У меня есть чувство удовлетворения за качественно выполненную нами работу. Вот то, что она выполнена в сроки, которые обозначены, в деньги, которые были назначены, и даже меньше, — это хорошо. То, что произошла рассогласованность между энергокомпаниями, — я имею в виду здесь нас, «Магаданэнерго», «РАО «ЭС Востока», «РусГидро», — по поводу финансирования мероприятий по технологическому присоединению, это, конечно, плохо. При этом ситуация с техприсоединением достаточно странная. Вот такая небольшая компания, как ДВЭУК, относительно небольшая, спорит со всеми этажерками дальневосточной энергетической системы — «РусГидро», «РАО «ЭС Востока», «Магаданэнерго», а еще там правительство Магаданской области. Но получилось ровно так, что белые начинают и выигрывают.

Здесь, вероятно, расчет был в том, что существует какая-то особая дальневосточная модель интерпретации российского законодательства, регламентирующего вопросы технологического присоединения. И мы потратили очень немало времени для того, чтобы через многочисленные суды объяснить нашим коллегам, кто должен финансировать мероприятия по технологическому присоединению.

Итоговое решение найдено, но время безвозвратно потеряно. То есть мы занимались двумя делами: мы строили линию и судились. А наши коллеги занимались только одним — судились. В результате ответственность за эту ситуацию определена.

— Но ведь Юрий Трутнев и до этого приезжал в Магадан, и эта ситуация не раз становилась объектом его жесткой критики! Может, необходимо включать какие-то другие механизмы персональной и коллективной ответственности?

— Действительно, не первый раз звучат жесткие слова. Но что, переходить к расстрелам? Наверное, тоже не очень поможет. Это симптом одной серьезной болезни, которой страдает электроэнергетика Дальнего Востока. Я говорю об абсолютной недостаточности правовых механизмов регулирования взаимной ответственности энергокомпаний, потребителей и федеральных органов власти. И эту ситуацию выговорами, посадками, расстрелами, четвертованием не поправить. Мне кажется, что мы постепенно избавляемся от этой болезни, но скорость исцеления — она оставляет желать лучшего и, безусловно, не находится в прямой зависимости от темперамента начальников.

Да, возможны какие-то карательные меры, но лицам, которые ответственны за реализацию этого проекта, как это сейчас уже очевидно, позволено так себя вести на правовом поле, иначе бы они так себя не вели. Думаю, что урок «Оротукана—Палатки—Центральной» пойдет на пользу дальневосточной энергетике.

«Речь идет о том, чтобы сложную систему перекрестного субсидирования заменить на простую»

— Как вы оцениваете последние события, связанные с поглощением «РусГидро» «РАО «ЭС Востока»? Особенно в свете фактического существования на Дальнем Востоке двух конкурирующих по факту генераций — дешевой гидроэнергетики и дорогой тепловой?

— Для того чтобы была хоть какая-то конкуренция, нужен рынок. Синхронная зона Дальнего Востока — это так называемая неценовая зона. То есть зона, где тарифы находятся под неизбежно большим влиянием государства, чем в условиях ценовой зоны. А упомянутое поглощение ничего общего с рыночной конкуренцией не имеет. РАО «ЭС Востока» в течение всего времени своего существования было обречено на убытки — потому что опять же нет рынка, конкуренции, есть необходимость в реализации серьезных инвестпроектов. То есть это конкуренция из серии — у кого побольше средств для того, чтобы спасти дальневосточную энергетику.

Сейчас в синхронной зоне Дальнего Востока есть монополия ДГК в тепловой генерации, есть единый гарантирующий поставщик в южных регионах — «Дальневосточная энергетическая компания», и есть «РусГидро», у которой нет никаких причин пестовать своих приемных детей в лице ДГК либо изолированных энергосистем («Якутскэнерго», «Магаданэнерго», «Сахалинэнерго», «Камчатскэнерго»), потому что они вынуждены поддерживать определенный уровень загрузки тепловых станций в ущерб выработке гидростанций — основного бизнеса «РусГидро». При этом понятно, что «мачеха» будет осуществлять экономию издержек, связанных с наличием достаточно большого управленческого аппарата в «РАО «ЭС Востока», но только экономией административных издержек поправить дела в дальневосточной энергетике невозможно.

Поэтому все это не про конкуренцию, это про административно-хирургические вмешательства в ту систему управления издержками, тарифами, которая сложилась на Дальнем Востоке.

— Госдума уже приняла закон о выравнивании энерготарифов на Дальнем Востоке до среднероссийского уровня. Как вы считаете, это верное решение?

— Перспективы этого новшества зависят от общеэкономической ситуации на Дальнем Востоке и от конкретного решения того тарифного уравнения, которое стоит перед энергетикой, потребителями, населением, да и в целом перед государством в ДФО. Исходные данные этого уравнения всем хорошо известны, они состоят в том, что в случае включения в тариф той инвестиционной составляющей, о которой заявляют энергокомпании, размер тарифов становится гибельным не только для перспективных, но и для существующих потребителей.

Другое условие состоит в том, что Дальний Восток, являясь в целом энергоизбыточным регионом, характеризуется крайней рассредоточенностью, различной локализацией генерации и потребителей. То есть необходимо серьезное сетевое строительство, требуется и обновление собственно генерации. Это опять факторы, которые формируют инвестиционную составляющую.

Еще одна проблема — это колоссальный объем перекрестного субсидирования, который существует на Дальнем Востоке, между теплогенерацией и электрогенерацией, между дизельной, малой генерацией, распределенной и большой генерацией.

Суть предлагаемого государством решения состоит в том, что генераторы, которые расположены не на Дальнем Востоке, скажем так, получат некоторую надбавку к тарифу, который будут оплачивать их потребители, и эта надбавка будет целевым образом направляться на развитие электроэнергетики ДФО.

Остаются открытыми вопросы прозрачности этой схемы, канализации и аккумулирования вот этой дальневосточной надбавки. Думаю, что в течение 2017 года они будут решены, и энергетика Дальнего Востока получит достаточно серьезные источники, я не берусь пока оценивать их величину, для своего развития.

При этом принципиально важно, что данные средства не будут направляться напрямую в энергокомпании, а будут реализовываться по схеме субсидирования через потребителей. То есть потребитель, понимая необходимость в дополнительной мощности, в дополнительной электроэнергии или тепле, через механизм субсидий будет оплачивать энергетикам, строителям создание новых объектов энергетической инфраструктуры.

Если очень упрощенно, то сейчас речь идет о том, чтобы сложную систему перекрестного субсидирования, которая существует внутри ДФО, заменить на более простую систему межтерриториального субсидирования. Эта мера, безусловно, неоднозначная, но преимущество ее по сравнению с другими механизмами состоит в относительной быстроте реализации, в возможности контроля со стороны государства и в том, что эта мера позволит увеличить на Дальнем Востоке объемы энергопотребления, создавать новые объекты энергетической инфраструктуры и тем самым предпосылки для естественного снижения тарифов.

— Может быть, с точки зрения тарифного регулирования вообще отпустить вожжи, дать возможность энергетикам с их изношенной инфраструктурой изъять от бизнеса средства на тотальную, а не точечную модернизацию?

— Можно всю инфраструктуру возложить на бизнес — дороги, электроэнергетику, связь. Можно возложить в том случае, если эти инфраструктурные проекты сами по себе являются бизнесом.

До 2016 года практика развития энергетической инфраструктуры складывалась следующим образом. Энергокомпания защищала инвестиционный проект и получала, допустим, средства из федерального бюджета, строила объект, вводила его и говорила бизнесу: «Приходите и работайте на нашей инфраструктуре». Практика, безусловно, интересная для энергокомпаний, но абсолютно не предполагающая ответственности со стороны бизнеса.

Приведу один пример. Это многострадальная линия «Оротукан—Палатка—Центральная», которая является неотъемлемой частью схемы выдачи мощности Колымского каскада ГЭС для внешнего энергоснабжения предприятий Яно-Колымской золоторудной провинции. Государство затратило чуть менее 10 млрд рублей для создания энергетической инфраструктуры. А бизнес не построил к моменту ввода линии Наталкинский ГОК, не запустил фабрику. То есть государство затратило средства, но новый объект Магаданского энергоузла оказался невостребованным, будучи построенным. Поэтому начиная с 2016 года ответственной стороной за создание объектов энергетической инфраструктуры в целях бизнеса являются не энергетики, а собственник бизнеса. Конструкция поменялась.

Это хорошо видно на примере другой магаданской линии, «Усть-Омчуг—Омчак». Здесь именно бизнес на основании инвестсоглашения получает федеральную субсидию, которую может использовать только для строительства объектов энергетической инфраструктуры. В случае если линия построена, а потребитель не обеспечил отбор мощности и не вышел на ключевые показатели большого инвестиционного проекта, — здесь я имею в виду освоение месторождения, — то включается механизм штрафных санкций. Тогда этот потребитель, построив ЛЭП за госсчет, но не обеспечив ее загрузку, должен возместить федеральному бюджету те затраты, которые понес федеральный бюджет, выделив субсидию.

Этот механизм уже работает, хронологически точно могу назвать точку старта, — это первый день Восточного экономического форума, когда было подписано соглашение между Минвостокразвития и компанией «Полюс Золото» о выделении субсидии. Другое дело, что этому предшествовала серьезная работа по основным техническим параметрам. Я упоминал о разработке и передаче проектной документации инвестору, после чего у «Полюса» появились основания для получения данной субсидии, которая зафиксирована в инвестсоглашении с Минвостокразвития.

Мне кажется, что это очень разумная конструкция, когда от схемы полной безответственности потребителя за отбор заявленной мощности мы приходим к полной ответственности потребителя за те средства, которые он сам же получает из федерального бюджета для создания объектов энергоинфраструктуры.

АО «Дальневосточная энергетическая управляющая компания» (ДВЭУК) создана в 2001 году в целях повышения эффективности управления дочерними и зависимыми обществами РАО «ЕЭС России». В настоящее время компания управляет основным объемом государственных инвестиций, направленных на снятие инфраструктурных ограничений социально-экономического развития регионов ДФО. Инвестиционная программа в 2009 — 2015 годах составила около 70 млрд рублей. Мажоритарный акционер — Российская Федерация в лице Росимущества (владеет 99,9 % акций).
Коммерсантъ (Хабаровск) №238 от 22.12.2016
 

Назад